Одинокая ладья

— Сэр Хуан, отправленные утром отряды спасения вернулись. Ни один из них не нашел ученых из списка. Отправленный после полудня отряд еще не выходил на связь.

— Хм. Будьте начеку. Ранеными занимаются врачи?

— Мы сделали, как вы приказали. Те, кто отделался легкими травмами, отправлены во временный приют. Серьезно раненные были эвакуированы в ближайший город, где им оказывается необходимая помощь.

Старик вздохнул. С момента прибытия отрядов спасения в Улин прошло семьдесят два часа. И в течение этого времени область вокруг Улинской научной станции оставалась покрытой приливной волной мора. АНХ прислала всех своих спасателей, но они так и не смогли эвакуировать ученых, запертых в комплексе.

Получив приказ, молодой дозорный в форме СИЗ отдал честь и ушел. Никто не сомкнул глаз с тех пор, как они разбили палатку, где разместился временный штаб.

На командном посту воцарилась тишина. В палатке остались только старик и его последователи, отслеживавшие состояние огромного разлома.

— Тяньши Хуан, прибыл гонец с последними новостями из штаба.

— Благодарю. Я получил документы. Если Endfield поможет, мы сможем полностью восстановить работу дальней связи к завтрашнему утру. Гонец, я надеюсь, что вы доставите это сообщение на временный пост связи за пределами Улина и как можно скорее передадите его в штаб.

— Будет сделано. И спасибо за ваши труды.

— Есть указания от академии? — Стоявшие неподалеку Тяньши окружили Хуана после ухода гонца. Выражения их лиц каменели по мере того, как они читали документ.

— Через двадцать четыре часа штаб Хуншаня... проголосует о прекращении спасательной операции в зоне разлома. Штаб считает мнение персонала, находящегося в зоне бедствия, крайне важным.

— Проголосует? Но зачем? Рост разлома уже замедлился! Это же очевидно!

— Возможно, дальше они попросят нас отвести всех в штаб.

— Мы бросим весь Улин?

Ненадолго повисло молчание, а потом старик приступил к организации работы различных отрядов спасения.

— Держите свои мысли при себе. Приказы могут измениться, когда завтра восстановится дальняя связь. Ночная смена на мне. Вы пока отдохните.

— Принято. Тогда... мы пойдем.

— Удачи, сэр.

В палатке вновь повисла тишина. Старик остановился перед голографической картой, и мигающие красные огоньки отражались в его глазах и освещали зажатые в кулаке бумаги.

Его дочь и последователи все еще там.

Старик сжал зубы. Трясущимися руками он собрал отчеты о наблюдении, оставленные в штабе его последователями, и принялся изучать их под светом лампы. Неопытная молодежь не знает, что прекращение расширения разлома не означает снижения угрозы. Наоборот, оно указывает на грядущую более масштабную катастрофу. Весь мор вокруг разлома постепенно «накопится», и после периода ложной безопасности внезапно произойдет повторный разрыв. Он уже видел подобное в молодости: тогда ему не было и тридцати, он еще был полон сил, отваги, энергии и горел жаждой приключений.

Старик опустился на пластиковый стул. Впервые в жизни он ощутил желание уйти на покой.

«Прошло уже столько часов. Увы, мы не обнаружили никаких признаков жизни в районе огромного разлома. В связи с этим мы приняли единогласное решение прекратить все спасательные операции...»

Перед старым Тяньши лежала телефонная трубка. Штаб проголосовал. Он должен озвучить их решение.

Молодые Тяньши вскочили на ноги, наперебой принялись кричать. Они пытались сопротивляться и требовали провести еще одну спасательную операцию.

Кажется, он что-то ответил им, указывая на важность принятого решения.

Однако в итоге старик прикрыл глаза и умолк.